Активный опрос

Как Вы предпочитаете отдыхать?

Голосовать!

Все опросы

Вся недвижимость Москвы на Realty.Livv.ru

Случайное фото

Горячие новости

Каждый третий пользователь ищет в Сети любовь

Каждый третий пользователь ищет в Сети любовь
Корпорация BBC провела опрос населения планеты на тему целей использования Глобальный ...

Найдены планеты, похожие на Землю

Найдены планеты, похожие на Землю
Ученые обнаружили немало звездных систем, вокруг светил которых крутится несколько ...

Американский город назовут в честь Google

Американский город назовут в честь Google
Мэр города Топика Уильям Бантен заявил, что в марте столица Канзаса будет называться ...

Все новости

Выбор

Выбор
Он был с Дона, она - с Кубани. Он служил гранатомётчиком, а она - в полевой пекарне. У него в прошлом было много чего разного, в основном неприятного, что сейчас, на войне, казалось несущественным: работа, жена, семейные дрязги. У неё где-то в Армавире, говорили ребята, осталась старушка-мать, которую не на что было лечить, потому и поступила она в армию хлебопёком. Восемьсот рублей в день "боевых" - где их, такие деньги, в России заработаешь?

Они не обмолвились ни единым словом друг с другом - она нарезала хлеб, он подходил к раздаче в очереди таких же, как сам, грязных, пропотевших солдат, и молодых, безусых “срочников”, и угрюмых, в основном, “контрактников”, у которых, у каждого, была в жизни какая-нибудь трагедия (от хорошей жизни на войну не вербуются), подходил, молча брал свою пайку, любил он с поджаристой корочкой, даже чтобы чуть-чуть хлеб был подгорелый, - и она в последнее время стала оставлять ему именно такой.

Она молча клала в его огрубелую ладонь пышущий жаром пышный пахучий хлеб, пальцы их соприкасались, они вскидывали друг на друга глаза - у него они были серые, стального, немного зеленоватого цвета, у неё - карие, выпуклые, как у породистой, преданной собаки; в последнее время глаза у неё сделались отчего-то золотистые и с янтарным оттенком. Вот и всё было их общение.

Он знал, что зовут её Оксана, редкое по нынешним временам имя. Она, конечно же, имени его не знала. Да и зачем ей, молодой и красивой, имя какого-то гранатомётчика в потёртом бушлате и с проседью, “дикого гуся”, “пса войны”, сбежавшего на эту непонятную, необъявленную войну от нужды, беспросветности и тоски.

Нет, кажется, раза два он сказал ей “Спасибо!” - а она ответила “Пожалуйста!”. Вот теперь уж точно - всё!

Да, несколько последних лет он не жил - существовал. В тоске и беспросветности. Он не верил больше женщинам. Казалось, все они сделались шлюхами, падкими на деньги, тряпки и удовольствия. Телевизор с рекламой прокладок, безопасного секса, Багам, Канар и французского парфюма сгубил русскую бабу. Вместо того, чтобы мечтать о детях, они теперь мечтают о колготках от Версаче. И с некоторого времени он стал рассуждать совсем как эти “звери”, с которыми приходилось сейчас воевать: русские женщины продажные, живут даже с неграми (“лишь бы человек был хороший”), и потому нет у нас будущего, и весь народ обречён на вымирание.

Он был согласен с этим - как это ни прискорбно. В прошлом служил он в милиции, участковым, и насмотрелся такого, что даже не рисковал никому рассказывать - не поверят. Он любил свою жену-пианистку, она же считала его неровней себе, не парой, а потому спуталась с каким-то плюгавым настройщиком роялей, и постоянными вздорными заявлениями в УВД сначала вынудила начальство отобрать у него, заядлого, с шестнадцать лет, охотника, ружьё, которым он, будто бы, ей угрожал, затем лишить его табельного оружия, а потом и уволить из “органов”. Квартиру, которую он зарабатывал - разделила, но ключи не отдавала, жила в ней одна. Он помыкался-помыкался, то у родителей, то где придется, и пришлось соглашаться на то, что она ему предложила (и то спасибо соседям, засовестили её), и досталась ему после разъезда конура, в прямом смысле, без всяких кавычек. Ах, как тоскливо и горестно бывало ему в той конуре, особенно вечерами! Одно оставалось - выйти, взять бутылку. Пока деньги были…

А тут началась война. И ноги как-то сами собой принесли его к казачьему атаману, а потом в военкомат, и взяли его на войну, и направили в отдельный казачий полк по армейской специальности и с армейским званием - гранатомётчиком и младшим сержантом.

Так и служил он, уже второй год, бывший старший лейтенант милиции - младшим сержантом. За это время он сделался настоящим “псом войны”. Уже не являлись ему во сне убитые им “звери”, уже не дрожали в бою руки. Недавно пришлось пристрелить своего - уж очень парень был труслив, чуть что, сразу же у него паника, в бою своим несдержанным поведением чуть всех не угробил, - пришлось, под шумок, щёлкнуть его в затылок. А то ещё на днях приезжал в полк известный своими мерзкими интервью с так называемыми “полевыми командирами” один московский журналюга, - этого педика просто подставили под пули тех, кого он воспевал; после чего некоторые сослуживцы, даже офицеры, подходили к нему и молча жали руку. Что ж, на то она и война…

Вот такая теперь была у него жизнь.

Но в последнее время суровая его жизнь стала скрашиваться присутствием Оксаны в их полевой походной пекарне.

Оксана как-то выступала на День Победы перед солдатами. Среди прочей самодеятельности она плясала чечётку, или как называют специалисты - степ. Когда-то в прошлом она занималась в танцевальном кружке при Доме Пионеров, и в тот день, в святой для всякого русского День Победы решила, видать, тряхнуть стариной. На ней были блестящие хромом сапожки, которые полковые умельцы подбили так, что они и звенели медными подковками, и скрипели вложенной между стелек берестой.

Её стройные, немного полноватые в икрах ножки так и мелькали, так и носились по дощатой сцене - стоял топот, стук, скрип, - а солдаты сидели, кто на чем, некоторые - раскрыв от восхищения рот, сидели и смотрели на это чудо, и не один, верно, плоховато спал в ту ночь.

Да, она была настоящая королева их полка. Многие вздыхали, некоторые даже пытались чего-то там предпринимать…да только бестолку. Как истинная казачка, она знала себе цену, строго держала себя. Поэтому он даже и не пытался…

И вот сейчас её внесли на носилках двое дюжих, измазанных глиной десантников. Внесли в подвал-бомбоубежище, где когда-то выращивали шампиньоны (ими до сих пор ещё тут кисловато пахло), а теперь оборудован был полевой госпиталь, и где он получал индивидуальные аптечки на весь взвод.

Она была по самый подбородок укрыта окровавленным то ли пледом, то ли ковром, то ли одеялом. Среди раненых и медобслуги пополз шумок: “звери” обстреляли хлебовозку, где, случалось, и сами получали дармовой хлеб.

Её положили возле печки-буржуйки, в которой гудело замурованное пламя и наносило тополёвым, горьковатым дымком, который будил в памяти осенние субботники и запах сжигавшейся листвы.

Глаза её горели каким-то странным, лихорадочным, янтарным огнем. В них прямо-таки плескался непонятный и потому страшный пожар. Он подошёл к ней. Она угадала его и улыбнулась.
- А-а, Роман! Здравствуй!

Выбор фотоОн удивился: откуда знает его имя? Ведь они не знакомились. Они даже ни разу не поговорили. “Спасибо” - “Пожалуйста” - вот и всё! Она пекла хлеб для всего полка. Он был одним из трех тысяч солдат. Все солдаты - на одно лицо… Но на душе сделалось так тепло и так легко, хоть пой, хоть скачи козлёнком.
- Видишь, как меня? - продолжала говорить она. - Ну, ничего, это ведь не страшно. И не надолго. Мы ещё потанцуем. Ведь правда, Рома?
- Конечно, конечно. Ты только не говори много. Береги силы. Потом мы с тобой наговоримся. И натанцуемся. Ты ещё покажешь класс - в своих скрипучих сапожках-то…
- Сапог… Сапог! - она схватила его за руку, притянула к себе, приложила ладонь к своей щеке - щека горела огнем! - зашептала свистящим полушёпотом, с перехватом дыхания: - Слушай, будь другом… Я стеснялась этих ребят-санитаров, чужие люди, а тебя попрошу, будь другом, сними с меня левый сапог - жмёт, вражина, мочи нету! Или разрежь его, что ли, а?

Он кивнул и приподнял край задубевшего от крови одеяла.

Ног у неё не было по самые колена.

Его бросило в жар. Он еле сдержался, чтоб не отшатнуться. Стоящая у бетонного столба молоденькая медсестра, помогавшая размещать раненых, чуть слышно вскрикнула, увидев это, и заткнула рот воротом халата, испачканного кровью, грязью и зелёнкой.

Он медленно опустил край одеяла (или ковра?), поправил его и приблизился к её лицу. В глазах Оксаны, оглушённых промедолом, прочитал облегчение, будто сапог и в самом деле перестал мучить.

В подвале сразу же отчего-то сделалось тихо. Так тихо, что слышен стал лязг и звон инструментов за ширмой, где готовили стол для операции.
- Знаешь что… Оксана дорогая? - сказал он хрипловато, но твердо. - А выходи-ка ты за меня… за меня замуж, - докончил он, и словно груз сбросил.

Она широко распахнула глаза. В них были слёзы.
- Что? Замуж? - сейчас в глазах уже плескалась радость. Да, радость! Радость золотая, неподдельная. - Я знала, что ты рано или поздно заговоришь со мной. Я знала… Но замуж?! - и тут же промелькнуло недоверие в её тоне, даже настороженность появилась в интонации. - Но почему именно сегодня, именно сейчас?
- Боюсь, что завтра… завтра я не насмелюсь. Так что сейчас решай.

Она коснулась его тёмной загорелой руки. Закрыла янтарные свои, прекрасные от счастья глаза и прошептала:
- Какой ты… Ведь правда, всё у нас с тобой будет хорошо? Меня сейчас перевяжут, и мы с тобой ещё станцуем на нашей свадьбе… Ах, как я счастлива, Ромка!

У бетонного столба стояла молоденькая медсестра и беззвучно плакала.

В подвале висела звонкая, чистая, прямо-таки стерильная тишина, запах грибов куда-то пропал, и лишь горьковато припахивало от печки тополёвыми поленьями…

Рейтинг

98 голосов
2,35

Ваша оценка

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов
Подписаться на rss ленту свежих публикаций журнала liveView

Курсы валют

Доллар США
75,03-0,16
Евро
88,96+0,33

поиск:

Искать!

Актуально

Бабушки - основная причина детского ожирения

Бабушки - основная причина детского ожирения

Маленькие дети, которые находятся под опекой бабушек и дедушек, быстрее и чаще набирают лишний вес, которое также известно, как детское ожирение.

Рейтинг публикаций

Это интересно!

Мужские аксессуары: имидж мужчины

Мужские аксессуары: имидж мужчины
В бизнесе - имидж важнее жажды. <Встречают по одёжке:> - все мы знаем эту актуальную в наши дни пословицу. А в океане жизни: при встречах, особенно деловых, оценивают не только костюм, далее...

Как закадрить иностранку

Как закадрить иностранку
То, что наши женщины самые красивые и самые терпеливые, известно всем мужчинам. Но они же наши! Они всегда рядом и никуда не денутся. Они и на работе, и на улице, и в маршрутке, и дома. А так далее...

Пиво и в Африке ПИВО

Пиво и в Африке ПИВО
Времена, когда слово "пиво" означало мутную, с непонятным запахом жидкость, купленную в деревянной будке и налитую в банку, успешно канули в лету. Ныне фраза ": я вчера пил пиво:" требует расшифровки: далее...

Весь журнал

Случайный анекдот

– Хорошо–то как, Маша!!!
– Я не Маша, я Серёжа!
– Всё равно хорошо!

Другие анекдоты на эту тему

Хозяйке на заметку

Выбор
liveView - информационно-развлекательный портал для мужчин и женщин

Журнал зарегистрирован в Министерстве РФ по делам печати, телерадиовещания и Средств массовых коммуникаций ПИ № 77-12130.
Перепечатка материалов, независимо от их формы и даты размещения, возможна только с установкой ссылки на информационно-развлекательный портал для мужчин и женщин liveView.
Редакция журнала не несет ответственности за содержание рекламных материалов.
Мнение редакции журнала не всегда совпадает с мнением авторов.
© 2009-2020 Информационно-развлекательный портал "liveView"
Информация о проекте liveView
Размещение рекламы

Rambler's Top100