Видимо, той же концепции придерживаются и государственные учреждения и правительственные службы при подборе кадров – что-то я не припомню объявлений в газетах о вакансиях в администрации президента, в аппарате правительства и некоторых престижных министерствах. «Хоть и невелики зарплаты у государевых слуг, но ротация какая–то там должна быть» наивно рассуждал я, вспоминая долгое свое пребывание за границей.
Там многие назначения на ключевые, и тем более на технические должности в администрации открыто проходят конкурсы на замещение вакантных должностей. Такая же практика существует и в системе ООН. При этом все охотно принимают условия кадровой игры, отдавая себе отчет в том, что открытые конкурсы во многих случаях являются лишь данью демократической системе. Как и у нас, по всем важным, ключевым должностям решение, как правило, принимается задолго до объявления тендера на вакансию.
Мои размышления прервал звонкий, чистый голос:
- May I come in?
Передо мной стояла высокая симпатичная женщина – видение лет тридцати: каштановые, коротко стриженные волосы, бирюзовые глаза и длинные, точеные ноги.
- Я от Рубена Иштояна, а вы мне назначили встречу на 16-30. Вот и мы!, - весело сказала молодая женщина и тут же неожиданно обернулась и принялась выговаривать кому-то на чистом нью-йоркском диалекте.
- Johny, darling, would stop bothering your Mom all the time!
В мой кабинет вкатился черный пятилетний мальчик Джонни и сразу же уселся у телевизора.
- Малютку не с кем оставить дома, надеюсь он нам не помешает, тем более, я принесла его любимую кассету с Томом и Джерри, с этими словами очаровательное видение метнулось к видео-двойке и включило телевизор. Теперь нас было пятеро в кабинете. Я не возражал.
Через несколько минут я узнал, что Ирэна Пак окончила институт восточных языков, свободно говорила по-корейски, французски, английски и шведски. Судьбе было угодно отправить милую Ирэн на Восток, где она не только совершенствовалась в корейском языке, но и дважды устраивала свою личную жизнь. Я вспомнил, что Рубен Иштоян настойчиво предлагал мне эту необычную, искрящуюся энергией и юмором .женщину на предмет ее работы секретарем-переводчиком а нашем офисе.
- Не сомневайся, Женя – джан, это интеллигентная, активная и веселая женщина создана стать украшением для вашего офиса. Не пожалеешь, старина!
Про черного сынишку Рубен ничего не говорил. Зато убедительно рассказал мне про мытарства симпатичной Ирэн в государственном издательстве на зарплату в неполные 50 долларов в месяц. Худо-бедно у нас в фирме ее должность «стоила» 500 долларов.
Рекомендация милого стареющего весельчака Рубена, отличные разговорные навыки в английском языке и непрестанные обращения к беспокойному малышу «Не вертеться!», « Не сидеть с ногами в кресле!», ее привычка перекладывать ногу на ногу в стиле Шарон Стоун сделали свое дело. Я рекомендовал своему шефу новую секретаршу с испытательным сроком в один месяц и уже через неделю понял, что … сделал грубую профессиональную ошибку, когда мне на стол легло переведенное ею письмо, начинающее словами: «Expensive Mr Huggerty!». Так она обращалась к нашему давнему партнеру, хозяину английской компьютерной фирмы.
Энергичная Ирэн успела расположить к себе сотрудников фирмы, навела порядок в приемной, неплохо организовала частный прием в офисе. Ее звонкий голос слышался во всех комнатах, кроме той, где ей было положено находиться, телефонные звонки от иностранцев она игнорировала и, скорее всего, не понимала. Переводить милейшая Ирэн могла только с помощью компьютерного переводчика Стайлус, который механически подгонял английские слова к русским, не делая различия между «Dear» и «Expensive». Слава Богу мой шеф задержался в очередной командировке и мой конфуз остался незамеченным. Симпатичная и проворная Ирэн доработала свой месяц, получила 500 у.е., энергично тряхнула своей каштановой гривой, ослепительно улыбнулась и исчезла из офиса, напрочь отбив у меня охоту принимать на работу сотрудников по протекции, или, как у нас говорят, по блату.
В душе я восторгался ее находчивостью, специально выученными американскими фразами и придумкой с отвлекающим маневром с черным Джонни, взятым напрокат у подруги.
… С лета 1998 года я получил приглашение перейти на работу к тому самому “expensive Mr. Huggerty”, фирма которого устояла во время августовского финансового шторма.
Мы были одногодками с мои новым шефом – веселом, подтянутом англичанине.
Недавно мы возвращались с ним из аэропорта Шереметьево – 2 и в машине мистер Хаггерти поставил мне новую задачу – найти толкового программиста для фирмы.
- Какие – нибудь возрастные ограничения, Сэр?
- Да, непременно, - с улыбкой ответил мой шеф, - ему должно быть больше 15 и меньше ста лет.
На следующий день я дал объявление в газету - пусть будет конкурс, как во всех нормальных цивилизациях. Мне действительно хочется думать, что мы доживем до того времени, когда кадровое таинство трудоустройства на все без исключения ответственные и рядовые посты уступит место прозрачному конкурсу, как принято во всех демократических системах.
