Дело было в январе, снегу в тот год в Москве было много и под самое русское Рождество приехала семидесятилетняя тетя Катя, да не одна, а с очаровательной розовощекой внучкой Мариной. Она вообще столько снега в своей жизни не видела, а город произвел на нее незабываемое впечатление.
Я тогда учился на втором курсе института. Бабушка Катя была веселой быстроглазой старушкой, любящей спорт. С ее приездом в нашем доме установилась праздничная атмосфера и мы все были рады показать приехавшим родственникам самое лучшее, что было в Москве. Особенно бабушка и внучка привязались к нашему баламуту эрделю Степке, они готовы были часами играть с хитрющим псом и угощать его запретными лакомствами.
Однажды баба Катя вызвалась погулять с псом. «Гулять так гулять!» -решили мы и вручили ей поводок с извивающимся на нем Степкой. Бабушка ушла и …пропала на целых четыре часа. Была суббота и вся наша семья сходила с ума в поисках пропавшей старушки.
Звонили в милицию, морги и в больницы.
Когда мы уже собирались звонить родственникам в Краснодар с извинениями за пропажу бабушки около наших дверей раздался веселый лай Степки. Баба Катя извинилась за беспокойство и попросила расплатиться с поджидающим внизу таксистом. Выяснилось, что прохиндей Степка протащил бабушку от проспекта Андропова до Ленинского проспекта все четырнадцать километров.
- Еле бежала за паршивцем! - рассказывала баба Катя, « кое-где пришлось на пузе за ним волочиться по снегу . Вот змей ! , - беззлобно щурилась баба Катя, прижимая к себе кудлатую голову веселого эрделя. На ее пальто спереди отсутствовали все пуговицы.
Этот случай мы потом часто вспоминали с Мариной, когда она перевелась из Краснодара в Московский педагогический институт. Разумеется, наша семья взяла шефство над девушкой, в результате которого я увлекся черноглазой красавицей и вскоре женился на ней.
Да, она была хороша собой, ее стройная фигура и гордая посадка головы привлекали к себе внимание всех мужчин. Но я не обращал на это внимания, радуясь тому, что эта яркая женщина стала моей женой.
Я работал в солидном научном экономическом центре, Марина преподавала английский язык в институте, который недавно с отличием окончила. В результате многоходового обмена родители выкроили нам крохотную однокомнатную квартиру на пятом этаже в Сокольниках. Марина оказалась на редкость строгой молодой женщиной. Не прошло и года после свадьбы, как Марина приучила меня беспрекословно исполнять все ее поручения по хозяйству.
Мои исполнительность и общее поведение оценивались ею по пятибалльной системе.
С тройкой по поведению за неделю мне отказывалось в особых знаках внимания, любви и ласках. Схлопотать заниженную оценку было очень просто. Строго наказывались ошибки при покупке продуктов, наличие запаха алкоголя даже после вечеринок на работе, несвоевременное кормление марининого любимца - попугая Аркадия, неточности в объяснении причин позднего прихода с работы, мелкие провинности общего характера. В отличие от своей веселой и непосредственной бабули Марина умудрялась портить себе и мне настроение по любому поводу. Когда мне грозила плохая оценка, я не мог рассчитывать на понимание, тем более на ласку в ночное время. В таких случаях Марина выряжалась в салатного цвета ночную рубашку из прочной, противной на ощупь материи.
Были, разумеется, и светлые недели, когда мне, отличнику по поведению, открывался доступ к самому , по словам Марины, заветному… Сама Марина облачалась по таким случаям в прозрачную алую рубашку, а мне после тщательных водных процедур, подстриганием ногтей на руках и ногах, с обязательным использованием антисептического мыла, можно было юркнуть под стеганое одеяло – подарок тещи. Хочу добавить, что «юркнуть» можно было только с одной единственной целью – для продолжения рода. Ничего другого помимо этого важного занятия в нашем будуаре делать не полагалось, а все несанкционированные попытки решительно, а иногда и грубо пресекались. Видимо из-за профессии своего отца, железнодорожника, Марина называла наши нечастые любовные утехи «поездками в поезде».
Чтобы попасть на «поезд», нужно было хорошо себя вести и не пропустить нужный вагон…
На «поезде» ничего нельзя трогать руками…
В самый ответственный момент в полной темноте Марина неожиданно произносила чужим голосом.
- Все. Уже тридцать шесть! Осторожно, двери закрываются! Граждане пассажиры, не оставляйте свои вещи в вагоне.
Я не сразу понял, что Марина вела счет моим движениям в постели. Ну, а объявление о закрытии дверей приводило меня в бешенство и я ретировался из брачного ложа до объявления следующей остановки.
Так мы прожили два года и три недели, после чего я отправился в длительную командировку за границу. В комфортную и аккуратную Канаду. К тому времени Марина работала в представительстве иностранной фирмы. Уже в Канаде через полгода я узнал о том, что Марина встречается в Москве с худосочным викингом-норвежцем. Я был знаком с Томасом Энгебаком и уже на приеме, где нас познакомила Марина, понял, что у них завязывались особые отношения. Вскоре в научный центр, где я работал, пришло письмо из Москвы с казенной повесткой явиться в суд на предмет расторжения брака с Мариной.
Вот уже третий год, как я работаю в Ванкувере, делаю свое дело и почти не вспоминаю о странностях моей бывшей жены, очень похожей на мадам Козявкину из известного рекламного ролика. Мне очень нравится эксперт по кадрам Шейла Гиббонс. Слава Богу, Шейла не объявляет о закрытии дверей… У нас всегда есть масса других дел, которыми мы может заняться. У Шейлы роскошная копна рыжих волос и она учит русский язык. Я растворяюсь в ее нечеловеческом тепле и закрываю глаза от счастья, когда мы вдвоем.
Иногда я ловлю себя на том, что по привычке мысленно отсчитываю 135, 136….
Рзумеется, по-английски.
